Верховный Суд СССР

Журнал «Дилетант» в номере от 25 декабря 2014 года опубликовал статью «Топ-5 Расстрелянных сталинских чиновников».
Есть смысл пойти дальше и создать «Топ-5 коммунистического террора» партийных и советских руководителей, работников судейских, прокурорских, и прочих структур.

Василий Ульрих.
Сын ссыльного революционера вступил в РСДРП в 1910году. В 1915 был призван в армию и дослужился, к 1917 году, до подпоручика. С 1918 года работает в ВЧК заведующим финансовым отделом.
Карьерный рост Ульриха стремителен: с 1919 года – комиссар штаба войск внутренней охраны. В конце 1920 назначен членом коллегии Революционного военного трибунала Республики. С 1921 — председатель Военной коллегии Верховного суда РСФСР. Будучи начальником особого отдела морских сил Черного и Азовского морей, в 1922 году руководил массовыми расстрелами морских офицеров в Крыму. В 1926 году становиться председателем военной коллегии Верховного суда СССР.
Был председательствующим на крупнейших политических процессах во время сталинских репрессий, в том числе по делам об «антисоветском объединенном троцкистско-зиновьевском блоке» (19-24.8.1936), «параллельном антисоветском центре» (23-30.1.1937), «антисоветском право-троцкистском блоке» (2—13.3.1938), М. Н. Тухачевского и др. (11.6.1937) и т. д.
В 30-40-е годы входил в состав секретной комиссии Политбюро ЦК ВКП(б) по судебным делам. Комиссия утверждала все приговоры о смертной казни в СССР.
В 1948 году решением Политбюро снят с поста заместителя председателя Верховного суда за недостатки в работе, в частности за «факты злоупотреблений служебным положением некоторыми членами Верховного суда СССР и работниками его аппарата», и назначен руководителем Высших военно-юридических курсов Военно-Юридической академии.
Уголовной ответственности за вынесение неправосудных приговоров не понес.
Умер в 1951 г. от инсульта. Похоронен на Новодевичьем кладбище в Москве.
Иона Никитченко.
Внес «значительный вклад» в развитие судопроизводства — в докладе комиссии Поспелова Президиуму ЦК КПСС в 1956 говориться:
«Бывший член Военной Коллегии Верховного Суда СССР Никитченко (ныне генерал-майор в отставке), возглавляя выездную сессию на Дальнем Востоке, не видя дел и обвиняемых, вынес по телеграфу 102 приговора».
Родители – безземельные крестьяне, занимались сельским хозяйством.
В 1908 году окончил сельскую школу в хуторе Тузлуков, затем Новочеркасское высшее начальное училище и Новочеркасское землемерное училище. В 1928 году окончил 1-й Московский государственный университет.
Член РСДРП(б) с сентября 1916 года. Участник революционных событий. С ноября 1917 по февраль 1918 года исполнял обязанности начальника участковой дружины Красной гвардии города Новочеркасска. В мае 1920 года начинается его судебная карьера: назначен заместителем председателя Военного трибунала Семиреченской группы войск. В июле 1920 назначен на должность председателя отдела военного трибунала Туркфронта в Джаркенте, а в сентябре – председателем военного трибунала Семиреченской группы войск. В марте 1922 года назначен членом коллегии военного трибунала Туркестанского фронта, а в марте 1923 года председателем этого же трибунала. С марта 1924 года — член коллегии военного трибунала Московского военного округа.

С 1 января 1926 года по 19 июня 1935 года – председатель военного трибунала Московского военного округа. 17 января 1936 года присвоено военное звание «дивизионный военный юрист». До августа 1938 года исполнял обязанности заместителя председателя Военной коллегии Верховного суда СССР. В сентябре 1938 года — заместитель председателя Верховного суда СССР. Возглавляя выездные сессии ВК ВС СССР на Дальнем Востоке, в Сталинграде и во многих других регионах страны.
Постановлением Совета Народных Комиссаров СССР 11 марта 1943 года присвоено звание генерал-майор юстиции. В марте 1946 года был вторично избран в состав Верховного суда СССР.
Член Международного Военного трибунала (Нюрнбергского суда) от СССР.
Бывший начальник отделения УНКД Приморского края Мочалов, осужденный в 1940 году за фальсификацию дел к расстрелу, в суде показал:
«… На заседании Военной Коллегии один арестованный заявил, что он отказывает­ся от данных им показаний, что его избили. Председательствовавший Никитченко ска­зал ему: „А вы что, хотите, чтобы вам добавили?»….»
Уголовной ответственности за вынесение неправосудных приговоров не понес.
Умер 22 апреля 1967. Похоронен на Веденском кладбище в Москве.
Василий Буканов.
«Специализировался» на выездных сессиях Военной Коллегии Верховного суда.
Родился в Калуге в 1898 году. В 1918 вступил в РСДРП(б). Служил в Красной Армии с 1918 по 1922 годы
В 1932г. окончил Институте Красной Профессуры Советского Правительства и Права при ЦИК СССР.
1938 – 1939 годы — председатель Московского областного Суда, а с 1940 года — член Военной коллегии Верховного Суда СССР. Ввоенюрист I-го ранга.
В 1938 году избран в депутаты Верховного Совета РСФСР от Лосиноостровского избирательного округа.
С 1946 по 1949(?).- зам нач. Правового отдела Советской Временной Администрации в Германии (СВАГ).
Вместе с Ульрихом и Кандыбиныи вынес 8 сентября 1941 года незаконный и необоснованный «расстрельный» приговор 161 заключенному Орловской тюрьмы…
Уголовной ответственности за вынесение неправосудных приговоров не понес.
Дмитрий Кандыбин.
Идея создания первого спортивного общества в Татарии родилась в коллективе чекистов. Руководил ОГПУ в те годы Дмитрий Яковлевич Кандыбин, который лично уделял особое внимание физической форме сотрудников, профессиональной и военной подготовке.
Родился в 1889 году в селе Касторное Воронежской губернии.
Член РСДРП(б) с 1917 года. С 1918 в ВЧК при СНК РСФСР. С марта 1921 по 6 февраля 1922 председатель Воронежской губернской ЧК. С 6 февраля 1922 по 1923 начальник Воронежского губернского отдела ГПУ. С 26 августа 1927 по 18 августа 1931 начальник Татарского областного отдела ГПУ. С 18 августа 1931 по 10 апреля 1932 полномочный представитель ОГПУ при СНК СССР по Татарской АССР.
С 1935 по 1945 член Военной коллегии Верховного Суда СССР. Участвовал во множестве заседаний Военной коллегии Верховного Суда, выносившей смертные приговоры и приговаривавшей к длительным срокам заключения, являясь одним из пособников Большого террора.
Военный юрист 1 ранга, бригвоенюрист, диввоенюрист.

В 1950 году был арестован органами МГБ.
Дальнейшая судьба неизвестна. По некоторым данным умер в 1955 году.
В конце 80-х годов прошлого века обвинялся в содействию массовым расстрелам (расстрел заключенных Орловской тюрьмы), однако поскольку данные судебные решения выносились на основании постановления Государственного Комитета Обороны СССР — высшего в тот период времени органа государственной власти, действия В. В. Ульриха, В. В. Буканова, Д. Я. Кандыбина состав какого-либо преступления не содержат. На этом основании, 12 апреля 1990 года, уголовное дело на означенных судей было прекращено за отсутствием в деянии состава преступления.
Александр Чепцов.
Родился в 1902 году. С 1911 по 1917 годы являлся воспитанником Московского синодального училища. Данных чем занимался Чепцов с 1917 по 1939 годы найти не удалось. С 39 по 42 годы военный юрист Военной коллегии Верховного суда СССР, затем, заведующий сектором управления кадров ЦК ВКБ(б), а в период 1945 – 1946 годы – зам. Главного военного прокурора Красной Армии.
В июле 1945 года ему присвоено звание генерал-майор юстиции.
1946—1948 гг. — заместитель Главного военного прокурора и военный прокурор сухопутных войск. 1948—1957 гг. — председатель Военной коллегии Верховного суда СССР, одновременно заместитель председателя Верховного Суда СССР.
1949 год — присвоено звание генерал-лейтенанта юстиции.
Подписывал заведомо неправосудные смертные приговоры по сфабрикованным уголовным делам, в частности, приговор по делу членов Еврейского антифашистского комитета. Следует отметить, что он усомнился в «полноте и объективности расследования дела» и считал необходимым отправить его на доследование, этом не суждено было сбыться…
Как Чепцов мотивировал свои преступные деяния видно из его официального доклада члену президиума ЦК КПСС, министру обороны СССР маршалу Советского Союза Г.К. Жукову:
«»…Как теперь известно, начиная с 1935 года был установлен такой порядок, когда уголовные дела по наиболее важным политическим преступлениям руководители НКВД, а затем МГБ докладывали т. Сталину или на Политбюро ЦК, где решались вопросы вины и наказания арестованных. При этом судебных работников, которым предстояло такие дела рассматривать, предварительно, до решения директивных органов, с материалами дел не знакомили и на обсуждение этих вопросов в ЦК не вызывали… При таком порядке Военная коллегия приговоры часто выносила не в соответствии с материалами, добытыми в суде. Свои сомнения по делам судьи в ЦК не докладывали либо из боязни, либо исходя из доверия к непогрешимости решений т. Сталина, хотя по ряду дел судьи могли видеть, что дела в директивных органах докладываются необъективно»38.
Александр Чепцов «прославился» так же и тем, что подписывал документы о реабилитации тех людей, по которым суд, с его участием, ранее выносил обвинительные приговоры
Уголовной ответственности за вынесение неправосудных приговоров не понес.
Вышел в отставку в 1957. Умер в 1980 году. Похоронен на Ваганьковском кладбище в Москве.
P.S. Нигде не встречал упоминаний о том, Верховный суд или его Военная Коллегия принесли официальные покаяния за совершенной их судьями в годы террора.
Все упомянутые выше и иные «судьи» Военной Коллегии Верховного суда СССР не понесли никакого наказания за вынесение незаконных и необоснованных приговоров, за смерть тысяч и тысяч ни в чем неповинных граждан.
Такое положение дает возможность и нынешним судьям, выносящим приговоры в угоду политической ситуации в Росси, надеяться на безнаказанность, но они, по моему, ошибаются…

Верховный Суд СССР — высший судебный орган СССР, существовавший c 1923 по 30 января 1992 года.

Создание

См. также: Верховный революционный трибунал при ВЦИК

Вопрос о необходимости создания единого для всего Союза ССР высшего судебного органа встал сразу после образования СССР в декабре 1922 года, поскольку статья 12 Договора об образовании СССР предусматривала учреждение при ЦИК СССР Верховного Суда СССР «с функциями верховного судебного контроля».

23 ноября 1923 года Президиум ЦИК СССР принимает первое Положение о Верховном Суде СССР, определившее статус, компетенцию и порядок деятельности данного суда.

Конституция СССР 1924 года в главе 7 («О Верховном Суде Союза Советских Социалистических Республик»; в 1935 году название этой главы было изменено и изложено в следующей редакции: «О Верховном Суде и Прокуратуре Союза Советских Социалистических Республик») закрепила место и роль Верховного Суда в системе органов государственной власти СССР.

Компетенция

Конституцией СССР к компетенции Верховного Суда СССР были отнесены следующие вопросы:

  • дача Верховным Судам союзных республик руководящих разъяснений по вопросам общесоюзного законодательства;
  • рассмотрение и опротестование перед Центральным Исполнительным Комитетом Союза Советских Социалистических Республик по представлению прокурора Верховного Суда Союза Советских Социалистических Республик постановлений, решений и приговоров верховных судов союзных республик, по соображениям противоречия таковых общесоюзному законодательству, или поскольку ими затрагиваются интересы других республик;
  • дача заключений по требованию Центрального Исполнительного Комитета Союза Советских Социалистических Республик о законности тех или иных постановлений союзных республик с точки зрения Конституции;
  • разрешение судебных споров между союзными республиками;
  • рассмотрение дел по обвинению высших должностных лиц Союза в преступлениях по должности.

Позже, 14 июля 1924 года, ЦИК СССР принял Постановление, именовавшееся «Наказ Верховному Суду СССР», которым уточнил и конкретизировал полномочия и порядок деятельности Верховного Суда СССР.

Структура

Первоначально (по Положению 1923 г., Конституции и Наказу 1924 г.) Верховный Суд СССР работал в составе:

  • Пленарного заседания;
  • Гражданско-судебной и Уголовно-судебной коллегий;
  • Военной и Военно-транспортной коллегий.

Верховный Суд имел право также создавать специальные судебные присутствия (составы) для рассмотрения уголовных и гражданских дел исключительной важности, затрагивающих по своему содержанию две или несколько союзных республик, и дел персональной подсудности членов ЦИК СССР, СНК СССР, Председателя и членов Верховного Суда СССР, Прокурора СССР, его заместителя и старших помощников.

Председатель Верховного Суда и его члены назначались Президиумом ЦИК и им же могли быть освобождены от должности. В состав Пленума Верховного Суда входили также по должности четыре председателя верховных судов союзных республик и председатель Объединённого Государственного Политического Управления при СНК СССР. Также в работе Пленума обязательно участвовал Прокурор СССР или его заместитель.

В 1926 году упраздняются военно-транспортные трибуналы и Военно-транспортная коллегия Верховного Суда СССР, а Верховный Суд СССР провозглашается кассационной инстанцией по делам, рассмотренным военными трибуналами; в том же году к компетенции Верховного Суда отнесено толкование общесоюзного законодательства.

24 июля 1929 года ЦИК и СНК СССР принимают новое Положение о Верховном Суде Союза ССР и Прокуратуре Верховного Суда Союза ССР, которым, в частности, Верховному Суду СССР было предоставлено право законодательной инициативы и возложена обязанность разъяснять общесоюзные законы по предложению ЦИК СССР и по запросам СНК СССР.

В 1931 году образуется Коллегия Верховного Суда СССР по транспортным делам и определяется новый состав пленарных заседаний Суда — Председатель Верховного Суда СССР, его заместитель, председатели пленарных заседаний верховных судов союзных республик, председатели коллегий Верховного Суда СССР и четыре члена, назначаемые Президиумом ЦИК СССР, в число которых входит один представитель ОГПУ.

В 1935 году вносятся изменения в Конституцию СССР, затронувшие и вопросы Верховного Суда СССР. В частности, была уточнена структура Суда. По новому закону Верховный Суд СССР действовал в составе:

  • Пленарного заседания;
  • Судебно-надзорной коллегии;
  • Гражданско-судебной и Уголовно-судебной коллегий;
  • Военной коллегии;
  • Коллегии по транспортным делам;
  • Водной транспортной коллегии;
  • Спецколлегии.

Кроме того, Верховный Суд получил право непосредственной отмены судебных актов верховных судов союзных республик, противоречащих общесоюзному законодательству (согласно ранее действовавшим нормами он мог лишь опротестовывать такие акты в адрес союзного ЦИК).

Конституция СССР 1936 года определила Верховный Суд СССР как высший судебный орган. На Верховный Суд СССР, согласно Конституции, возлагался надзор за судебной деятельностью судебных органов СССР, а также судебных органов союзных республик в пределах, установленных законом. Верховный Суд избирался Верховным Советом СССР сроком на пять лет, также в состав Суда входили по должности председатели верховных судов союзных республик (ст. 105 Конституции).

16 августа 1938 года на основании Конституции СССР принимается Закон СССР «О судоустройстве СССР, союзных и автономных республик», которым были внесены изменения в структуру Верховного Суда СССР (создана Железнодорожная коллегия и упразднены Коллегия по транспортным делам и Спецколлегия).

В годы Великой Отечественной войны происходят некоторые изменения в структуре Верховного Суда. Так, были образованы Военно-железнодорожная и Военно-транспортная коллегии (в связи с введением военного положения на транспорте), являвшиеся кассационной и надзорной инстанциями по делам военных трибуналов соответственно железнодорожных водных путей сообщения. Также, в 1944 году, создаётся Судебная коллегия по делам лагерных судов в качестве кассационной и надзорной инстанции по делам, рассмотренным созданными тогда же лагерными судами (специальные суды, действовавшие в системе ГУЛАГа).

В 1949 году Судебная коллегия по делам лагерных судов Верховного Суда СССР ликвидируется с передачей кассационных функций трибуналам войск МВД.

Председатели

См. также

  • Список Председателей Верховного Суда РСФСР и РФ
  • Список Председателей Верховного Суда КазССР и Казахстана

Примечания

  1. См.: Постановление Президиума Верховного Совета Российской Федерации от 28 декабря 1991 года № 3045-1 «Об упразднении Верховного Суда СССР, Высшего Арбитражного Суда СССР и Прокуратуры СССР».
  2. 1 2 Постановление VII Съезда Советов СССР от 5 февраля 1935 года «По докладу о конституционных вопросах»
  3. Смыкалин А. Довоенный период развития советской судебной системы // Российская юстиция. — 2002. — № 6.
  4. Постановление VI Съезда Советов СССР от 17 марта 1931 года «По докладу о конституционных вопросах»
  5. Появилась в связи с упразднением ОГПУ
  6. 1 2 Яцкова А. История советского суда // «Отечественные записки». — 2003. — № 2.
  7. Лысов В. А. Карательная политика Советского государства и особенности судопроизводства по государственным преступлениям в период Великой Отечественной войны (1941—1945 гг.): историко-правовое исследование. Автореф. дис… к.ю.н. — Краснодар, 2008.
  8. Петров Н. История империи «ГУЛАГ». Статья 11
  9. Звягинцев А., Орлов Ю. Неизвестная Фемида. Документы, события, люди. — М.: ОЛМА-ПРЕСС, 2003. — С. 340. — ISBN 5-224-04224-0
Институты государственной власти и управления СССР
Глава государства
Коллегиальный глава СССР

Всесоюзный съезд Советов (1922—1936) • Центральный Исполнительный Комитет СССР (1922—1938) • Верховный Совет СССР (1936—1988) • Президиум Верховного Совета СССР (1936—1988)

Индивидуальный глава СССР

Председатель Верховного Совета СССР (1988—1990) • Президент СССР (1990—1991)

Органы при главе СССР

Вице-президент СССР (1990—1991) • Президентский совет СССР (1990) • Совет безопасности СССР (1990—1991) • Совет Федерации СССР (1990—1991) • Государственный Совет СССР (1991) • Политический консультативный совет при Президенте СССР (1991)

_
Советы
Союзные органы

Всесоюзный съезд Советов (1922—1936) • Центральный исполнительный комитет СССР (1922—1938) • Верховный Совет СССР (1936—1991) • Съезд народных депутатов СССР (1989—1991)

Республиканские органы
Местные органы

Краевой совет народных депутатов • Областной совет народных депутатов • Совет народных депутатов автономной области • Совет народных депутатов автономного округа • Районный совет народных депутатов • Городской совет народных депутатов • Поселковый совет народных депутатов • Сельский совет народных депутатов • Исполком

Правительство
Союзные органы
Высшие органы
Центральные органы

Народные комиссариаты СССР • Министерства СССР • Государственные комитеты СССР • Государственные агентства СССР

Ведомства при Правительстве СССР

Инспекции • Комиссии • Комитеты • Советы • Управления • Прочие органы

Республиканские органы

Правительство республики Союза ССР • Правительство автономной республики

Местные органы

Исполком • Совнархоз

Cуды
Союзные органы
Конституционный суд

Комитет конституционного надзора СССР (1989—1991)

Суды общей юридикции

Верховный Суд СССР (1923—1992) • Специальное судебное присутствие Верховного Суда СССР

Специализированные

Военная коллегия Верховного суда СССР • Военный трибунал • Высший Арбитражный Суд СССР (1990—1992) • Суд чести (СССР)

Республиканские органы

Верховный суд республики Союза ССР • Cуд автономной республики

Местные органы

Краевой суд • Областной суд • Суд автономной области • Окружной суд • Народный суд • Народный судья • Товарищеский суд • Военный трибунал

Прочие органы
Органы прокуратуры

Прокуратура Верховного Суда СССР (1923—1933) • Прокуратура СССР (1933—1946) • Генеральная прокуратура СССР (Генпрокуратура, 1946—1992)

Органы народного контроля

Комитет народного контроля СССР (КНК, 1965—1990) • Группа народного контроля • Пост народного контроля

Чрезвычайные органы

Государственный комитет обороны (ГКО, 1941—1945) • Государственный комитет по чрезвычайному положению в СССР (ГКЧП, 1991) • Специальный комитет по использованию атомной энергии

Уважаемые посетители!

Мы рады приветствовать вас на официальном сайте Подольского городского суда Московской области, на котором Вы сможете получить интересующую Вас информацию.

На страницах сайта вы сможете найти общую информацию о режиме работы суда и контакты, схему проезда, а также образцы документов, которыми можно воспользоваться при обращении в суд.

Кроме того, Вы можете ознакомиться с историей создания нашего суда, его структурой, обобщением судебной практики.

В разделе «Судебное делопроизводство» возможно получить актуальные данные о рассмотрении находящихся в производстве суда дел. Указанный раздел связан с базой данных Подольского городского суда.

С текстами принятых судебных актов можно ознакомиться через «поиск информации по делам», заполнив карточку поиска по любой имеющейся информации. Тексты судебных решений, определений, постановлений и приговоров размещаются на сайте после их купирования — исключения из текстов персональных данных в целях обеспечения безопасности участников судебных процессов в соответствии с Федеральным законом «Об обеспечении доступа к информации о деятельности судов в Российской Федерации».

Кроме того, на сайте суда организован раздел «Обращения граждан», с помощью, которого посетители сайта смогут задать вопросы, связанные с организацией работы суда, оставлять отзывы и предложения, направлять документы и материалы, касающиеся рассмотрения дела. Также, в случае отсутствия необходимой информации на сайте суда пользователям информации предоставлена возможность направить в суд электронный запрос, который будет рассмотрен в соответствии с требованиями Федерального закона.

Непроцессуальные обращения должностных лиц по существу дела, находящегося в производстве суда, содержащие попытки воздействовать на суд, обнародуются в разделе «Внепроцессуальные обращения».

Работа сайта Подольского городского суда Московской области направлена на соблюдение основных принципов обеспечения доступа к информации о деятельности суда, включая реализацию конституционных принципов открытости и гласности правосудия, свободу поиска, получения, передачи и распространения информации о деятельности суда, соблюдение прав и законных интересов участников судебного процесса.

Надеемся, что наш сайт будет полезным информационным ресурсом для участников процесса, организаций, граждан, представителей СМИ.

Как 65 лет назад квартирный вопрос повлиял на борьбу с последствиями культа личности.

Леонид Максименков, историк

Смерть Сталина привела в движение невиданную кадровую революцию. Начали чистить госбезопасность и милицию. Шерстить органы правосудия. Был снят генеральный прокурор СССР. С треском полетел его заместитель и главный военный прокурор Афанасий Вавилов, который не смог «отрешиться от порочного, складывавшегося у него годами стиля работы». При пересмотре судебных дел он-де проявлял «нерешительность, особенно в тех случаях, когда сам давал санкции на арест». Все это санкционировалось президиумом ЦК КПСС (см. фото).

После смерти Сталина начались чистки в органах правосудия

Фото:РГАНИ

Приказ об отстранении главного военного прокурора Вавилова

Фото:РГАНИ

Распустили лагерные суды. Упразднили особые совещания. Была признана «порочной» «практика отношений к анонимным заявлениям». Увольняли со службы ответственных сотрудников правоохранительных ведомств и отправляли на пенсию членов Верховного суда. Формулировки были нелицеприятными. Они предопределяли наказание по партийной линии. А значит, лишение или понижение в воинских званиях, урезку пенсий и номенклатурных благ (тот же военный прокурор Вавилов был исключен из партии и лишен звания генерала Советской армии).

И вот на этом фоне весной 1955 года в центре событий оказался председатель Верховного суда СССР Анатолий Волин. 20 апреля с подачи секретариата ЦК КПСС президиум ЦК принял решение с многозначительным заголовком «Об ошибке, допущенной т. Волиным А.А.» (П116/XXXV) (см. фото). Была создана «тройка» по исправлению этой «ошибки», в которую вошли Михаил Суслов, а еще министр юстиции и заместитель начальника административного отдела ЦК, который тайно рулил советскими правоохранительными органами и всей судебной системой.

Постановление ЦК об ошибке, допущенной А.А. Волиным

Фото: РГАНИ

Что же случилось и какова «ошибка», которую исправляли с помощью специально сформированной по решению секретариата ЦК «тройки»? А случилось невероятное: в отличие от коллег из других ведомств, привлеченных за «нарушения социалистической законности» в период культа личности, председатель Верховного суда оказался повинен в гнилом либерализме, допущенном уже после смерти вождя.

Покушение на систему

Советская политическая культура не подразумевала механизма возвращения того, что было отобрано властью. Традиция в Стране Советов была вскормлена иная: однажды отнятое к владельцу не вернется (исключения бывали, но только по особому распоряжению и, как правило, с «шлейфом», о чем речь чуть ниже); реституция — понятие для социализма чуждое, да и просто компенсация — тоже вроде как «с душком». Таков был устоявшийся за десятилетия негласный закон. «Ошибка» верховного судьи Волина заключалась в том, что именно этот неписаный закон он нарушил.

22 января 1954 года пленум Верховного суда СССР, проходивший под руководством Волина А.А., разъяснил судам, что «граждане, реабилитированные по суду как невинно осужденные, могут требовать восстановления прав на жилплощадь».

Для советской системы это было сродни революции: до этого разъяснения пленума ВС главенствовало незыблемое постановление другого пленума ВС СССР — от 12 декабря 1940 года, по которому арестованный при отсутствии по постоянному месту жительства свыше шести месяцев «вступившего в силу законного приговора» навсегда лишался права на жилое помещение, где проживал до ареста и ссылки. Пункт 14 этого директивного документа закрывал вопрос навсегда: » отмена судебного приговора или постановление о высылке и прекращение дела не могут служить основанием для возврата занимаемых ранее помещений».

Теперь представим первую зиму без Сталина. В Москву стали робко возвращаться реабилитированные жертвы ГУЛАГа. Создавалась ситуация, о которой Анна Ахматова произнесла памятные слова: «Теперь две России взглянут друг другу в глаза — та, что сидела, и та, что сажала». Причем не метафорически, как у Анны Андреевны, а вполне реально: вернувшиеся оттуда сидевшие и оставшиеся по эту сторону колючей проволоки сажавшие взглянули в глаза не просто в толпе, а на порогах квартир и комнат, где когда-то одних арестовали, а другие эти квартиры оккупировали. И вот в таких драматических декорациях получалось, что на сторону униженных и оскорбленных, сирых и убогих, измученных голодом и цингой встал сам Верховный суд СССР.

Неслыханное дело: ВС разрешил добиваться возвращения конфискованных квартир и комнат сначала в жилищных отделах местных советов по месту арестов; если люди не находили справедливости там, то могли обращаться в суды с исками. Их были обязаны (!) принимать к рассмотрению и, согласно разъяснению высшей судебной инстанции, решать в пользу бывших зэков (!).

На глазах разворачивалась необычная для истории России коллизия: жертвы при жизни могли по суду добиваться справедливости и рассчитывать на возмездие. Причем высшей справедливости — возвращаться в квартиры и комнаты, где были когда-то арестованы. А узурпаторы должны были выметаться на улицу. Стоит ли удивляться, что в номенклатурных коридорах поднялся ропот: это что же, признать в правах тех самых троцкистов, двурушников, предателей, фашистских прихвостней, террористов, подрывников и буржуазных националистов всех мастей, которые, казалось, навсегда должны были сгинуть в гулаговской вечной мерзлоте?..

Квартирная практика

В богатой на события советской практике прецеденты с возвращением квартир прежним владельцам крайне редко, но все же случались. В основном — до начала Большого террора летом тридцать седьмого. «Точечные» решения принимались политбюро или председателем Совнаркома (премьером) в порядке одергивания зарвавшихся органов госбезопасности или в качестве показательной рекламы социалистического гуманизма.

Заключенные ухтинской экспедиции Управления северных лагерей особого назначения на транспортировке грузов вверх по реке Ижме. 1929

Фото: Репродукция Фотохроники ТАСС

Так, в ноябре 1932 года арестованный инженер-бумажник Абрам Львович Маковский был выпущен на свободу и восстановлен в партии. Политбюро предложило подыскать ему работу по специальности. В резолюции по делу Маковского примечателен такой пункт: «5. Предложить ОГПУ немедленно вернуть т. Маковскому его квартиру, конфискованные у него личные деньги и средства, полученные от продажи его вещей» (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 166. Д. 481. Л. 12). Отдельным пунктом резолюции внимание Коллегии ОГПУ особо обращалось на «недопустимые методы допроса» и на «незаконные методы следствия». Следователей, которые вели дело Маковского, было решено предать суду.

О чем говорит этот прецедент? Да ни о чем: спустя 6 лет после показательно явленной социалистической справедливости до Абрама Львовича Маковского (и его квартиры) чекисты все-таки доберутся. 10 июня 1938 года по одному из пресловутых «сталинских списков» в разделе «Москва-центр» (под № 82) он будет приговорен по первой категории, то есть к расстрелу.

Показателен и пример в отношении репрессированных потомков «нашего всего» — А.С. Пушкина, которым поблажка вышла по случаю 100-летия со дня гибели «солнца русской поэзии». 25 января 1937 года Молотову докладывают о письме троюродной внучки А.С. Пушкина — гражданки Бонафеде-Козловской. Она пишет, что в 1935 году ее вместе с родственниками выслали из Ленинграда в Казахстан. Просит разрешить вернуться в Питер, а главное — возвратить отобранную квартиру. Княжну Ольгу Бонафеде-Козловскую в Петербург (но не в квартиру) вернут, вместе с ней освободят целую группу потомков поэта. Многие из них позже погибнут в блокаду, но Бонафеде повезет: она избежит блокады, поскольку ее вновь арестуют 29 июня 1941 года и 6 июля этапируют в тюрьму № 2 города Златоуста Челябинской области. После освобождения (уже после войны) Особым совещанием при МГБ Союза ССР 31 августа 1949 года ей разрешат проживание в Ленинграде. Но фамильной квартиры она так и не увидит.

Да и не могла княжна в родные стены вернуться — судьба любых «квартирных кейсов» по делам арестованных на самом деле была предопределена за пару месяцев до начала Большого террора — после рассмотрения на политбюро «Вопроса Азово-Черноморского крайкома ВКП(б)».

Информационным поводом стала шифровка Ефима Евдокимова из Ростова-на Дону в Москву, в ЦК, Сталину, посланная 29 мая 1937 года в 1 час 03 минуты ночи. Первый секретарь докладывает: «У нас по краю значительное количество арестованных врагов народа троцкистов и правых (свыше тысячи человек). Наибольшая масса арестованных падает на города Ростов, Сочи, Шахты и Таганрог. Прошу поручить НКВД произвести выселение семей арестованных. Особенно это нужно сделать по Ростову и Сочи — шипят, как змеи, и занимают квартиры в советских домах. Надо дать им вне пределов края».

Сталин предлагает: «Выселить куда-нибудь в Казахстан, в один из районов Казахстана». Политбюро уточняет сталинский приказ: «Поручить НКВД произвести выселение из пределов АЧК в один из районов Казахстана семей арестованных троцкистов и правых» (П49/476 8 июня 1937 года). Опыт решения вопроса с квартирами распространили затем по всему Союзу (РГАСПИ. Ф. 17. Оп. 163. Д. 573. Л. 64–65). При этом «шипение, как змей» прекратилось не только на казенных «квартирах в советских домах», но и в частном секторе, а также в комнатах в коммуналках, в подвалах и на пригородных дачах.

На конфискованные квартиры было много претендентов. Приоритет принадлежал чекистами, которые «жили и работали» в непростых условиях, но известны и другие желающие. 14 мая 1938 года поэты Вера Инбер, Николай Асеев и Джек Алтаузен пожаловались Молотову, что на их ходатайство об улучшении жилищных условий, пересланное председателю Моссовета Сидорову, получен отказ. Тогда они обратились в НКВД лично к товарищу Ежову с просьбой о «представлении каждому по одной дополнительной комнате из фонда опечатанных квартир». Доступ к этому фонду стал едва ли не символом номенклатурного статуса, а упомянутое уже решение Верховного суда от 1940 года вселяло в интересантов уверенность: закон обратной силы не имеет. И вдруг после всего этого — 1954 год и революционное постановление пленума Верховного суда…

Кто не успел, тот опоздал…

Были ли люди, успевшие воспользоваться решением ВС до того, как оно было квалифицировано партийной инстанцией как «ошибка»? Были. Вот небольшой список тех, кто уже в 1954 году стал бенефициантом едва ли не самого гуманного из всех решений советского суда, как известно, «самого справедливого суда в мире».

Алексей Каплер вернулся в свою квартиру по решению суда

Фото: Николай Кочнев / Фотоархив журнала «Огонёк»

Алексей Каплер — писатель, кинодраматург, лауреат Сталинской премии, автор сценариев к блокбастерам довоенного сталинизма «Ленин в 1918 году», «Ленин в Октябре» и «Три товарища». В 1942 году он подружился с 16-летней дочерью Сталина Светланой и для центрального органа партии газеты «Правда» написал «Письмо лейтенанта Л. из Сталинграда». В конце опубликованного очерка автор сам подписал себе приговор: «Сейчас в Москве, наверное, идет снег. Из твоего окна видна зубчатая стена Кремля». Публикация этого «антихудожественного рассказа» вызвала закрытое постановление секретариата ЦК. Каплер был арестован и осужден на пять лет Воркуты. Повторное осуждение в 1948 году и пять лет в Минлаге. В 1954 году полностью реабилитирован. По решению суда ему возвращена двухкомнатная квартира в Москве. А проживавшему там гражданину Пилевскому Моссовет предоставил другую площадь.

Что именно могло не понравиться Центральному комитету в этой рокировке при «разборе полетов»? То, что народный суд 4-го участка на Красной Пресне в Москве выселил семью из шести человек, а квартиру в 46,6 квадратных метра возвратил ее прежнему владельцу — одному Каплеру. А ведь у его жены — бывшей кинодивы и московской красавицы Валентины Токарской, также отбывшей срок в Воркутлаге,— уже была комната размером 14,5 метра в московской коммуналке. Вывод напрашивался сам собой: вот пусть бы жил этот Сталинский лауреат у супруги. В коммуналке.

А вот другой пример. Любовь Яковлевна Басиас была вдовой первого председателя Центрального банка коммунального хозяйства и жилищного строительства (Цекомбанк), члена РСДРП с 1902 года Фемистокла Анатольевича Басиаса. По иронии, этот банк был создан для кредитования строительства, коммунальных предприятий и ремонта жилых помещений. Фемистокл умер вовремя и в своей постели, а комната в 46 метров по адресу Москва, Никитский бульвар, дом 12, квартира № 1 была закреплена решением Моссовета пожизненно за вдовой. Любовь Яковлевна и сама была незаурядной личностью. Врач-педиатр, до революции работала ординатором в Обуховской больнице в Питере, после — директором Текстильного института и Второго Московского медицинского института, возглавляла Государственную центральную медицинскую библиотеку. Как оказалось, это был хороший трамплин для… тюрьмы. В 1947 году врача-большевичку арестовали. Ее комнату предсказуемо занял работник МГБ Шутов. Но старушка выжила, вернулась в Москву и пришла в суд требовать возвращения собственной комнаты. Народный суд 1-го участка Краснопресненского района Москвы, исполняя директивные указания Верховного суда Страны Советов, ее иск удовлетворяет и выселяет чекиста Шутова (семья из 4 человек). ЦК опять негодует: одинокой старушенции вернули без малого полсотни ее же метров, а несколько человек выставили на улицу.

Или вот еще пара счастливцев: профессор-историк Сергей Митрофанович Дубровский и его жена Берта Борисовна Граве (автор бестселлера «К истории классовой борьбы в России в годы империалистической войны»). Дубровский работал деканом исторического факультета Ленинградского госуниверситета. Осужден в 1936-м. Освобожден. Повторно арестован в 1949 году. Вновь освобожден и реабилитирован. Когда 3 сентября 1954 года народный суд вернул Дубровским жилплощадь и решил переселить гражданина Григорьяна (место работы неизвестно), то последний признал иск правильным. Но ЦК недоволен и здесь. Площадь — «казенная», и не судам решать, где кому жить. К тому же Дубровским успели вернуть конфискованную дачу в Барвихе. Под боком у кремлевской больницы с санаторием и недалеко от дач членов президиума ЦК!

Анатолий Антонович Волин дожил до 103 лет. В своем последнем интервью он говорил о том, что всегда стремился защитить человека

Фото: wikipedia.org

Попавший «под раздачу» Волин, узнав о своей «ошибке» из решения президиума ЦК, 27 апреля 1955 года объясняет в письме первому секретарю ЦК Никите Хрущеву свои резоны: «Пленум Верховного суда СССР, давая судам такое разъяснение, исходил из того, что когда человеку, осужденному по сфальсифицированному делу, возвращается свобода, честное имя, звание, награды, имущество, то отказ в восстановлении прав на жилплощадь лишь по тем мотивам, что он находился в заключении более шести месяцев, был бы неправильным, тем более когда жилплощадь арестованного занималась с нарушением закона» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 57. Д. 56. Л. 108). Волин продолжает и задает вопрос: «Было бы законным решение суда об отказе в иске о возврате жилищной собственности бывшему председателю ЦИК Армянской ССР Акопяну, осужденному в 1937 году по сфальсифицированному делу, а ныне реабилитированному? (скорее всего речь идет о Серго Мартикяне, который вышел на свободу и пережил Сталина на четыре года.— «О»). Тем более что его квартира также была занята работником следствия, производившим расследование по его делу, исключенном за фальсификацию из партии». И тут же отвечает: «Суд на законном основании вернул Акопяну его квартиру…»

Но охранители в номенклатуре на суть вопроса смотрели иначе. С точки зрения абстрактного буржуазного права, может быть, все и законно. А вот партия считает иначе. Заместитель заведующего отдела административных органов ЦК (де-факто глава советской юстиции) генерал-майор Валентин Золотухин сформулировал главное прегрешение Волина так: «Внося на рассмотрение пленума Верховного суда СССР проект постановления, допускающего серьезное нарушение прав граждан, т. Волин не только не согласовал этого вопроса в правительстве, но и ни с кем предварительно не посоветовался» (Золотухин — ЦК КПСС, 8 апреля 1955 года). Под «правительством» подразумевается политбюро, а «ни с кем не посоветовался» — не получил санкции в административном отделе ЦК.

Короче: советоваться надо было, и не суду решать, что законно, а что нет. И нет смысла искать, что же конкретно не понравилось в решении перечисленных судебных казусов главному штабу советской юстиции, не понравилось все: и то, что доходяги вернулись «по месту проживания до ареста», а не остались в черте зэковской оседлости; и то, что стали требовать в судах возврата конфискованной собственности; и то, что суды встали на их сторону и принялись фактически выгонять «честных советских людей» на улицу…

У «ошибки» есть имя

Нужен был повод, чтобы порожденное «ошибкой Волина» безобразие прекратить. И повод был найден. «Красная черта» была перейдена, когда суды замахнулись на самое святое, что было в советской системе подбора, расстановки и воспитания кадров,— на номенклатуру ЦК на Старой площади. Ведь затеянная т. Волиным А.А. реституция дошла в итоге до (страшно сказать) ответственного работника аппарата ЦК КПСС Бориса Михайловича Ярустовского. Именно после его «дела» появилось и решение секретариата ЦК, и «тройка» по исправлению «ошибки т. Волина» была сформирована.

Главному советскому музыковеду Ярустовскому предложили освободить квартиру, которую он получил после ареста ее хозяина

Фото: Лесс Александр / Фотохроника ТАСС

Каким он был, этот герой своего времени? Вот краткая справка: придя в памятном ждановском 46-м году в ЦК из Главного политуправления Советской армии, майор Ярустовский в 1954 году работал завсектором музыки отдела культуры ЦК КПСС. До этого курировал проведение в жизнь позорного постановления 48-го года об антинародной музыке, руководил музыкальной жизнью советской страны, учил композиторов-формалистов писать народную музыку и одергивал исполнителей западного репертуара, диктовал издательствам редакционную политику, а консерваториям — кадровые вопросы. Например, решал, давать ли персональную пенсию умирающему Сергею Прокофьеву (посоветовал не давать, ибо тот зарабатывал и так достаточно). Почти 30 лет пестовал кадры музыковедов. А главное, был в курсе всех новостей на музыкальном фронте, прежде всего секретных, совершенно секретных и особой важности, поступавших на Старую площадь с Лубянки.

Там в 1950 году в разгар борьбы с безродными космополитами арестовали и отправили на ГУЛАГ как еврейского националиста композитора Веприка. Александр Моисеевич был лояльным советским гражданином, профессором и даже завкафедрой инструментовки Московской консерватории, трудился в секции симфонической музыки Союза советских композиторов. Веприк писал правильные опусы под характерными названиями «Сталинстан», «Песня ликования», «Проклятие фашизму», «Песня о Котовском». Но при этом наивно настаивал на еврейской тематике («Пляски и песни гетто», «Кадиш» и др.). Когда после создания Государства Израиль начался погром в Еврейском антифашистском комитете и приступили к ликвидации так называемого еврейского националистического подполья, под раздачу попадает и Веприк: его квартира опечатана и конфискована, а после пресловутых шести месяцев консервации в нее въезжает не чекист-куратор и не следователь, а… вовремя подсуетившийся главный советский музыковед Ярустовский. Как музыкант к музыканту. Получилась внутриведомственная рокировочка на почве решения главного в стране вопроса — квартирного.

По законам жанра хрупкий и больной Веприк должен был без следа сгинуть в воркутинском пермафросте. Но Веприк не умирает и в 1954 году возвращается в Москву. Подает иск в суд. Получает назад свою квартиру. А «семье гражданина Ярустовского» предлагается помещение освободить. Можно представить себе шок в коридорах и кабинетах на Старой площади: кадрового сотрудника ЦК выставляют на улицу! Квартиру отдают возвратившемуся из лагеря контрреволюционеру и сионисту!

Тут и сработал номенклатурный стоп-кран: партийная машина включает сирену тревоги и вводит в действие охранительные механизмы. Секретариат ЦК принимает решение об «ошибке т. Волина А.А.», скандальное постановление ВС подводят под отмену (основание — обращение в административный отдел ЦК: «Министр юстиции СССР т. Горшенин и генеральный прокурор т. Руденко считают, что постановление пленума Верховного суда СССР… принято с нарушением закона. С предложением о пересмотре этого постановления обратился в ЦК КПСС председатель Верховного суда РСФСР т. Битюков»).

Для комиссии Суслова (той самой «тройки») все ясно: 3 мая 1955 года президиум ЦК вдогонку к решению по персональному вопросу т. Волина утверждает резолюцию «Об ошибочном постановлении пленума Верховного суда СССР» (РГАНИ. Ф. 3. Оп. 8. Д. 234. Протокол П118/22). Теперь виноваты все судьи, а не один Волин. И три дня спустя, 6 мая, следуя приказу из Кремля, Верховный суд единогласно отменяет когда-то также единогласно принятое им собственное решение. При этом предписывает: » 2. Разъяснить судам, что при разрешении таких дел они должны руководствоваться ст. 34 постановления ЦИК и СНК СССР от 17 октября 1937 года «О сохранении жилищного фонда и улучшении жилищного хозяйства в городах» и пунктом 14 постановления пленума ВС СССР от 12 декабря 1940 года. № 46/23-V» (см. фото).

Пленум Верховного суда отменил собственное решение. Теперь виноваты все судьи, а не только Волин

Фото: РГАНИ

Так вот и приехали: борьба с культом личности и его последствиями, едва начавшись, отныне должна была основываться на сталинском беззаконии времен Большого террора вообще и на постановлениях 1937 и 1940 годов в частности. Что и требовалось доказать.

31 мая завсектором административного отдела ЦК Куликов и замзавсектором отдела Чистяков с нескрываемым злорадством рапортуют Кремлю о полной отмене постановления Верховного суда, которым «предоставлялось право лицам, ранее привлеченным к уголовной ответственности, а затем реабилитированным, обращаться в судебные органы с иском о возращении жилплощади». Обратите внимание на упоминание об «уголовной ответственности» — реабилитированные, подчеркивается, все же были для власти уголовниками.

Финал истории

Отдадим должное: даже после этого глава ВС Волин пытался достучаться до инстанции. Взамен отмененного президиумом ЦК постановления Верховного суда он предлагает: «Представляется целесообразным издать по этому вопросу соответствующее указание правительства, которым обязать местные органы внимательно подходить к разрешению жилищных вопросов граждан, реабилитированных по суду. Проект такого указания прилагается». Вот что значилось в проекте: «Обязать Советы министров союзных и автономных республик, крайисполкомы, облисполкомы, городские и районные советы депутатов трудящихся обеспечивать жилплощадью лиц, реабилитированных судом и возвратившихся из мест заключения или ссылки к прежнему месту жительства, если по тем или иным причинам не представляется возможным вернуть им их прежнюю жилплощадь».

Разумеется, в Кремле эту инициативу проигнорировали. А ее автора, несмотря на покаянное письме Хрущеву («Заверяю ЦК КПСС, что из этого указания мною будут извлечены должные выводы и уроки на будущее в моей работе»), без сантиментов выдавили из ВС.

Обошлись со штрафником, правда, гуманно: он работал потом на должности заместителя главного арбитра в Госарбитраже при СМ СССР, партбюро характеризовало его положительно (в характеристике, присланной в Комитет партийного контроля, сообщалось, что Волин зарекомендовал себя «как вдумчивый и добросовестный работник, проявляет много энергии к правильному разрешению споров, возникающих между хозяйственными организациями»). Анатолий Волин скончался в Москве в возрасте 104 лет в 2007 году…

А под занавес коротко еще об одном архивном документе. 21 сентября 1956 года председатель КГБ при Совете министров СССР генерал армии Серов и министр финансов СССР Гарбузов рапортовали в ЦК КПСС о том, что с 1953 по 1 июля 1956 года только в Москве реабилитированным выплачено за изъятые имущество и ценности 26,8 млн рублей, в том числе за первое полугодие 1956 года — 13,7 млн рублей. Правда, ни главный чекист, ни главный финансист при этом не назвали числа осчастливленных компенсациями москвичей и общей цифры жертв репрессий по «лучшему городу земли». Еще Серов и Гарбузов признали, что при Сталине «имели место грубые нарушения установленного законом порядка наложения ареста на имущество, его изъятие и конфискацию. Особенно в 1937–1939 годах, когда квартиры арестованных опечатывались без описи. В таких случаях следует создавать комиссии из Министерства финансов, КГБ, прокуратуры и Минторга». О судьбе самих квартир в рапорте за двумя подписями целомудренно умалчивалось. Ведь решения 1937–1940 годов в этой части никто не отменял.

И не отменит.

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован. Обязательные поля помечены *